oleg_butenko (oleg_butenko) wrote,
oleg_butenko
oleg_butenko

Categories:

Плутарх. Застольные беседы

Чтение этой книги вызывает смешанные чувства. Порой спрашиваешь себя: А Плутарх ли это написал? Как мог автор «Жизнеописаний» опуститься до вопроса: «Почему мясо овец, задранных волками, лучше на вкус, а шерсть более подвержена вшивости?»

Но, тем не менее, в книге есть много интересных страниц. У меня было издание 1990 года из серии «Литературные памятники». Кроме «Застольных бесед» в книгу вошли: «Римские вопросы», «Греческие вопросы», «Пир семи мудрецов» и нек. другие сочинения. Если у вас нет времени на ерунду, сразу переходите к 8 и 9-й книгам «Застольных бесед», далее имеет смысл прочесть «Римские и греческие вопросы», а «Пир семи мудрецов», «Изречения спартанцев» и «Изречения царей и полководцев» выучить наизусть.

Сам жанр «Застольных бесед» диктует их содержание. А о чем еще могли беседовать подвыпившие древнегреческие мужики? Считается, что «Застольные беседы» - это воспроизведение живых бесед, которые действительности велись Плутархом и его собутыльниками друзьями. Следует отметить, что греки пили вино сильно разбавленное, пить чистое вино считалось варварством, это называлось у них «пить по-скифски». Поэтому Плутарх всегда сохранял ясность мышления.

Важные цитаты:

В чем я силен, это сейчас не ко времени, а что сейчас ко времени,в том я не силен. Приписывается Исократу.

Беседа должна быть столь же общим достоянием пирующих, что и вино.

Ведь если познавание не всегда ведет к запоминанию, то воспоминание часто приводит к тому же познанию.

Подшучиванье иной раз сильнее задевает, чем брань, - одно мы рассматриваем как непроизвольно вырвавшееся под действием раздражения, а другое ставим в вину как умышленную или злонамеренную обиду.

У общей рыбы нет костей. Приписывается Демокриту.

Александр поручил Гарпалу насадить в садах Вавилонии эллинские деревья (…)"Однако в Вавилонии плющ при всех попытках насадить его не принимался?" Можно только похвалить этого благородного спутника и питомца беотийского бога за то, что он не пожелал переселяться к варварам и подражать Александру, усваивающему обычаи тамошних племен, а воспротивился этому превращению в чужеземца.

Мудрец Фалес, которому мать неотступно советовала жениться, уклонялся от ее настояний, говоря сначала: "Еще не время, матушка", а позднее: "Уже не время, матушка". Так и каждому самое лучшее в любовных сношениях говорить себе, укладываясь вечером: "Еще не время", и вставая утром: "Уже не время".

Меньше желает отсутствующего тот, кто привык воздерживаться от имеющегося.



Сами любовные сюжеты комедий Менандра подходят для людей, которые, проведя вечер за вином, отправляются после этого к своим женам: ведь в этих драмах полностью отсутствует любовь к мальчикам, а совращение девушек благопристойно завершается свадьбой.

Но я боюсь, не противоречит ли бессмертию возможность рождать, равно как и быть рожденным: ведь то и другое есть некая перемена и претерпевание. Это имел в виду и Александр, говоря, что яснее всего он усматривает свою смертность в сочетании с женщиной и в сне: сон возникает как уступка слабости, а всякое рождение есть выход какой-то части себя самого в другое и утрата.

Все так называемые науки, подобно гладким и отполированным зеркалам, отражают следы и образы умопостигаемой истины: но более всего геометрия, согласно Филолаю, начало и метрополия всех наук, постепенно воспитывает разум, как бы очищая и освобождая его от чувственности.

Такую пропорциональность, именуемую справедливостью и воздаянием, дорогой Тиндар, вносит бог в распорядок вещей, и она учит нас справедливое принимать за равное, но не усматривать справедливость в равенстве: то равенство, которого добивается толпа, - величайшая из всех несправедливостей. Устраняя ее по мере возможности, бог соблюдает воздаяние по достоинству, геометрически определяя закономерность соответствием с разумным началом".

Ведь высказать истину о предмете можно только одним способом, а солгать о том же предмете - бесчисленными способами.

Последователи Демокрита и говорят и пишут, что при гибели миров, летящих вне нашего мира, чужеродные атомы, притекающие к нам из бесконечного пространства, часто бывают началом моровых поветрий и необычных болезней.

Из «Римских вопросов»:

Почему Сатурна считают отцом истины? Может быть, потому, что некоторые философы считают, что Сатурн есть время, а время обнаруживает истину?

Где бесстыдны старцы, там еще бесстыднее юноши. (Из Платона).

Ведь не столько приносит пользы человек, сразивший или ранивший кого-нибудь, сколько вреда – покидающий строй и бегущий.

Светильник подобен телу, облекающему душу: ведь душа в нас — свет, и та часть ее, которая мыслит и познает, должна быть раскрытой, зрячей и никогда не затворяться.

Нужно действовать, когда уже все готово, а не готовиться, уже действуя. (Мисон мудрецу Хилону).

Из «Греческих вопросов»:

Откуда происходит пословица «Решение — лучшим»? Динон Тарентский был стратегом, прославленным в сражениях. Когда однажды граждане проголосовали против его предложения и глашатай объявил другое мнение победившим, то Динон вытянул вверх правую руку и сказал: «А то — лучше!». Такой рассказ приводится у Феофраста; Аполлодор в своем «Ритине» к этому добавляет, что, когда глашатай заметил ему, мол голоса противников многочисленней, Динон ответил: «Зато наши лучше» — и мнению меньшинства дал силу закона.

Из «Пира семи мудрецов»:

Тиранн, предпочитающий властвовать над рабами, а не над свободными людьми, — разве это не то же, что мужик, пожелавший вместе с ячменем и пшеницею свезти в амбар и саранчу, и жадных птиц? Власть многим нехороша, а хороша одним только — честью н славою: да и то лишь, если это власть лучшего над хорошими и величайшего над великими. А кто думает не о достоинстве, а только о своей безопасности, тот пускай пасет овец, лошадей и коров, а не людей.

Солон между тем, недолго подумавши, молвил:
«Я так полагаю, что более всего стяжает славы царь пли тиранн тогда, когда он единовластие над гражданами обратит в народовластие». Вторым заговорил Биант:
«И когда он первый явит образец покорности законам».
За ним — Фалес:
«Счастье правителя — в том, чтобы умереть своею смертью и в преклонном возрасте».
Четвертым — Анахарсис:
«И не один среди всех будет разумен».
Пятым — Клеобул:
«И не будет легковерен к речам ближних».
Шестым — Питтак:
«И добьется, чтобы подданные боялись не его, а за него». Последним — Хилон:
«Дело правителя — помышлять не о смертном, а о бессмертном».

„Что всего старше? время. Что всего больше? мироздание. Что всего разумней? истина. Что всего прекрасней? свет. Что всего неотъемлемее? смерть. Что всего полезнее? бог. Что всего вреднее? демон. Что всего сильнее? удача. Что всего легче? сладость“».

Врагам и в вероятном не верь, друзьям и в невероятном верь. (приписывается Фалесу)

Из «О доблести женской»:

Казалось, что борьба с этим демоническим бедствием (эпидемией самоубийств среди милетянок) превышает человеческие возможности, пока по чьему–то мудрому совету не был принят закон — повесившихся девушек выносить на похороны через городскую площадь нагими. Это подействовало, и самоубийства девушек полностью прекратились. Великое доказательство благородства и добродетельности такая боязнь бесславия: те, которые не колеблясь шли навстречу самому страшному — смерти и страданию, отступали перед мыслью о позоре, который ожидал их после смерти.

Пифей испытал то, что свойственно малодушным и неразумным людям: он, боясь смерти, тяготился жизнью.

Из «Изречений спартанцев»:

Царь Лакедемона Агасикл любил внимать мудрецам, но не допускал к себе софиста Филофана. Когда кто-то выразил по этому поводу недоумение, он ответил: «Я желал бы быть учеником только того, кого бы я был не прочь иметь родителем».

Когда один человек спросил его, может ли правитель, не имеющий телохранителей, командовать согражданами, не рискуя своей жизнью, Агасикл ответил: «Только если он будет делать это как отец, отдающий приказания своим сыновьям»2.

Одному человеку, удивлявшемуся простоте одежды самого царя и остальных спартанцев, Агесилай сказал: «Так ведь этот образ жизни — почва, на которой возросла наша свобода».

«Города надо укреплять не камнями и бревнами, а доблестью жителей».

«Ты что, не знаешь, что на войне хромота не страшна: нужны не те, кто умеет бегать, а те, кто способен устоять на месте».

Видя, как отчаянно бьется его сын с афинянами, Архидам сказал: «Или умножь свои силы, или уменьши пыл!»

Когда его спросили, что за люди ионяне, он ответил: «Граждане — плохие, а как рабы — хороши»

Когда кто-то дал Клеомену, сыну Клеомброта, бойцовых петухов, обещая, что эти петухи умрут, сражаясь за победу, тот сказал: «Дай мне из тех, которые ради победы убивают. Те будут получше».

Когда как-то спартанца спросили, что он умеет, тот ответил: «Быть свободным».

Взятый в плен царем Антигоном спартанский мальчик был продан в рабство. Он был послушен купившему его и выполнял все, что пристало делать свободному человеку. Но когда хозяин приказал ему принести ночной горшок, мальчик не выдержал и сказал: «Не буду я рабствовать!» Хозяин настаивал. Тогда мальчик залез на крышу и с криком: «Не много же ты выгадал от своей покупки!» — бросился вниз и погиб.

Из «Изречений царей и полководцев»:

Его (Дионисия Старшего) укоряли, что он чествует и выдвигает одного человека, дурного и всеми нелюбимого. Он ответил: "Я хочу, чтоб хоть кого-то люди ненавидели больше, чем меня".

Однажды на пиру Еврипид стал обнимать и ласкать красавца Агафона, хотя у того пробивалась уже борода. "Не удивляйтесь, - сказал Архелай друзьям, - у прекрасного и осень прекрасна".

Сразившись с римлянами, он (Пирр) дважды одержал победу, но потерял много сыновей своих и военачальников. "Ещё одна такая победа, - сказал он, - и я погиб".

Он (Хабрий) всегда говорил, что стадо оленей во главе со львом страшнее, чем стадо львов во главе с оленем.

"У кого мало законов, тем не нужно много законов". (Царь Харилл).

Из ближайших и влиятельнейших друзей своих он (Александр Великий) воздавал более всего чести Кратеру, а любви - Гефестиону. "Это потому, - говорил он, - что Кратер предан царю, а Гефестион - Александру".

Лучше иметь не золото, а власть над имеющими золото. (Маний Курий)

Восстанавливая статуи Помпея, Цезарь укрепляет свои собственные. (Цицерон)

DSCF0989.jpg

Tags: артефакт, интеллигенция, личности, маразм, прочитано мной
Subscribe

  • Даррел Хафф. Как лгать при помощи статистики

    Durrel Huff. How to lie with statistics Удивительное дело, книга написана в 1954 году, но несмотря на достижения в области статистики и big data,…

  • Сериал «Корона»

    The Crown (TV series). 2014 - наст. время. У публики нездоровый интерес к британской королевской семье, и этим объясняется успех сериала, потому что…

  • Ван Гог. Письма

    Есть книги, которые читаешь с пользой, а есть книги, которые читаешь с удовольствием. Письма Ван Гога я прочел с удовольствием. Ван Гог у меня…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment